Дхарма

[КИ]

Запрос: "Напиши рассказ в литературном стиле Замятина и Платонова, сделав героев современными буддистами, упоминай основные темы, о которых буддисты спорят на форумах."
БЛМ: gemini-3-pro

Утро вошло в бетонную коробку квартиры не светом, а серым геометрическим фактом. Гражданин пустоты Семен Чакров проснулся от вибрации смартфона — этого карманного идола, через который в черепную коробку поступает мировой эфир.

Семен сел на коврик. Ноги его, состоящие из костей, жил и накопленной кармической усталости, с трудом свернулись в узел лотоса. Организм сопротивлялся, требуя не просветления, а горизонтального забытья и питательных жиров, но Семен включил волю. Он должен был произвести акт медитации, чтобы отсечь себя от общей биомассы страдающих.

— Вдох — есть интеграл вселенной, — прошептал он сухими губами. — Выдох — есть дифференциал моего «я». «Я» не существует. Есть лишь временное сцепление атомов, которым больно.

Он закрыл глаза, пытаясь увидеть Ясный Свет, но вместо света внутри головы бегущей строкой ползли мысли о ЖКХ и непрочитанных сообщениях в ветке «Дхарма и Нейробиология».

Семен не выдержал. Механизм любопытства сработал быстрее механизма осознанности. Он открыл стеклянный глаз экрана и вошел в Сеть, в место, где тысячи цифровых монад бились лбами о стену истины.

На форуме «Колесо и Ось» шло производство спора.

Пользователь *Neuro_Skeptic* рубил слова топором, выстраивая их в логические квадраты:
«Товарищи! Перерождение — это фикция, придуманная древним аграрным классом для утешения бедняков! Нет никакого потока сознания после смерти мозга. Нирвана — это просто прекращение работы нейронных цепей. Секулярный буддизм — единственно верная математика. Мы должны молиться не Буддам, а дофамину и серотонину!»

Семену стало тоскливо в грудине. Ему, человеку платоновского склада, больно было думать, что он — лишь электрическая схема, которая однажды перегорит без остатка. Куда же денется вся накопленная им душевная скорбь? Неужели она не перейдет в новое тело, чтобы там работать работу существования?

Тут же в комментарии ворвался *Vajra_Master_108*. Текст его был густ и вязок, как топленое масло:
«Глупость пишешь, материалист. Без веры в прошлые жизни вся твоя нравственность — лишь социальный клей. Если меня не ждет ад за дурные поступки, зачем мне быть добрым? Традиция есть закон сохранения энергии сострадания! А вы, западники, хотите Дхарму без обязательств, как фастфуд — съел и просветлел, не выходя из офиса».

Семен вздохнул. В кухне загремела посудой жена, Ольга. Запахло жареным — плотным, тяжелым духом мертвой плоти. Это жарились котлеты.

Семен вышел на кухню, чувствуя себя прозрачным и чужим в этом царстве пищеварения.

— Опять трупнину готовишь? — спросил он тихо, глядя на шкворчащую сковороду с жалостью ко всему живому веществу. — Это же бывшая корова, Ольга. Она имела глаза и чувствовала страх. А ты ее сейчас в себя, в свой внутренний реактор…

Ольга посмотрела на него усталым, земным взглядом. В ней не было метафизики, только тяжесть быта и забота о питании семьи.
— Ешь, Семен, — сказала она. — Не выдумывай. Будда разрешал чистое мясо, если животное убито не специально для тебя. Это мы в супермаркете купили, оно уже было мертво. А тебе силы нужны, ты на заводе менеджером работаешь, а не в пещере сидишь. От твоей сои в теле одна ветхость и газообразование.

— Тибетцы ели мясо от безысходности, там высота и холод, там ячмень не родит, — возразил Семен, пытаясь быть твердым, как алмаз. — А мы в средней полосе, у нас изобилие углеводов. Поедание плоти затемняет ум, делает сознание мутным, как вода в луже. Как я буду медитировать на любовь, если у меня в животе кладбище?

Ольга молча положила ему котлету. Котлета была горячая, реальная, пахнущая жизнью, которая пожирает другую жизнь ради продолжения длительности. Семен сел. Желудок его, предатель высших сфер, сжался в спазме желания.

Он снова уткнулся в телефон, чтобы не видеть своего падения.

Там разгоралась новая битва. Теперь спорили о Гуру.

*Free_Spirit* писал с замятинской резкостью, капслоком, будто кричал через рупор:
«ДОЛОЙ ФЕОДАЛИЗМ! МЫ САМИ СЕБЕ СВЕТИЛЬНИКИ! ЗАЧЕМ КЛАНЯТЬСЯ ЧЕЛОВЕКУ В ТРОНЕ? ЭТО ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ РАБСТВО! ОСОЗНАННОСТЬ ДОСТУПНА КАЖДОМУ ГРАЖДАНИНУ БЕСПЛАТНО И ПРЯМО СЕЙЧАС!»

Ему отвечал *Lineage_Keeper*, медленно и печально:
«Без учителя ты слепой котенок в темной комнате сансары. Твое эго хитрое, оно само себя обманет. Нужна палка наставника, чтобы разбить скорлупу твоей гордыни. Нужна передача тепла от сердца к сердцу, иначе ты будешь просто полировать кирпич своего невежества».

Семен жевал котлету, и вкус ее смешивался с горечью прочитанного.
Внутри него боролись две правды. Одна — прямая, как рельс: свобода, демократия, никакой мистики. Другая — теплая, сырая, корневая: потребность прижаться к кому-то большому и сильному, кто знает выход, сдать себя в эксплуатацию высшей мудрости, лишь бы не решать самому.

«Кто же я? — думал Семен, глядя в окно, где одинаковые люди шли в одинаковые бетонные соты. — Я — поле битвы. Я — сумма противоречий. Партия "Постепенного пути" во мне хочет копить заслуги, как деньги на сберкнижке. Партия "Внезапного просветления" хочет прыгнуть в пустоту немедленно, без страховки».

За стеной сосед включил перфоратор. Звук этот, пронзительный и визжащий, вонзился в мозг, как сверло в мягкую глину.

Семен хотел рассердиться — это был гнев, омрачение ума. Но вдруг он почувствовал странное, платоновское всепрощение.

Он понял: этот перфоратор, этот вкус грешной котлеты, этот бесконечный спор в интернете о том, есть ли «я» или нет его — всё это и есть единое, нерасчленимое тело реальности. Оно мучается, оно кричит, оно доказывает само себе свою правоту, потому что ему страшно быть ничем.

Стеклянная стена между ним и миром треснула.

— Все есть страдание, — сказал Семен вслух, и в голосе его звучала не скорбь, а констатация физического закона, как 2х2=4. — Но в этом страдании и есть единственная наша родина.

Он взял смартфон и написал в ветку примирительное:
«Товарищи бодхисаттвы. Мы строим башню из слов, но фундамент у нас в пустоте. Не спорьте. Ешьте, что дано, сидите тихо, дышите глубже. Сансара — это просто завод, и смена наша еще не кончилась».

Ответа не было. Поток данных уносил его слова вниз, в бездну цифрового забвения, а за окном вставало бледное, равнодушное, математически безупречное солнце.

[ТМ]

Круто он…

[ТМ]

Так можно и книгу нагенерить лишь при наличии свободного времени, без литературных негров и вхождения в верхнюю соц страту.

[КИ]

Сайт https://arena.ai если что. По дефолту там анонимное соревнование двух моделей, но можно выбрать и конкретную (сверху переключить с Battle на Direct). Есть лимит в сутки.

[Кира]

[ТМ]

Контекст не тот. Лейбниц и монадология упоминались здесь в положительном ключе. А в тексте это художественный оборот про безысходность и самозамкнутость [как мухи]. Форум «колесо и ось» - это аллюзия с дхарма/дхамма wheel, наверное. Не знаю, попадает ли в биг дату русскоязычное.  Мне кажется - перевод. Слишком культурно, по теме и последовательно для восточноевропейских дискуссий.

[Кузьмич]

ИИ ставит нам вопрос: Стоит ли читать Замятина и Платонова?
Может, нафиг? "Мы" прочитал в начале 90-х, на волне всего такого. Показалось уныло, но учительнице постеснялся сказать. От Платонова от одних названий произведений веет таким пепцом, что ну его на...

А стеб хорош! Но тоже уныл...

[Твик]

[Экалавья]

[ТМ]

Я летом был на лекции по «русской философии» в инион ране кек. После критики западников там все закончилось платоновым, предлагавшим откопать русского солдата и отнести домой, ну, чтоб он дома был, и прочими примордиально метафизическими онтологиями русского духа «наш народ принесет себя в жертву за все другие народы».   «Перфоратор» - это лишь безобидный бытовой загон от жизни в вечной тесноте. Но данный писатель, похоже, и расстрелы допускал, не желавших воевать за дружбонародию и всякое другое…

Не знаком с творчеством Платонова 1на1. В пересказах он выглядит шизом 80лвл.

[Экалавья]

[КИ]

[КИ]

[Экалавья]

[Твик]