Первый текст подтверждает официальную версию событий:
Цитата из: David Jackson Enlightenment by a Single Means
Следующая дискуссия обнаруживается в Thub pa'i dgongs gsal, pp. 24.4.3-26.1.4 (tha 48b-51a):351
(1) События диспута в Самье (bSam-yas)
Опровержение ранее представленной китайской традиции. Во времена короля Khri Srong-lde'u-btsan был китайский монах который учил следующему: "Слова бессильны. Благодаря условной Дхарме (выражаемой словами и включающей обычные практики) не достичь буддства. [Но] если понять [свой] ум, то этого [будет] достаточно (дословно: то это есть Самодостаточное Белое лекарство-панацея (dkar po chig thub), дальше буду называть это "Белой Панацеей" -test). Составив трактаты называемые bSam gtan nyal ba'i 'khor lo, bSam gtan gyi Ion, fbSam gtan gyi] yang Ion, ITa ba'i rgyab sha, and mDo sde brgyad cu khungs, он распространил в Тибете своё учение Белой (Панацеи).
Затем, так как это учение не соответствовало (буддийской) религиозной традиции Индии, король призвал Йеше Вангпо [ученика Шантаракшиты] (на суд), и попросил его, [раскрыть] какая традиция истинна - индийская или китайская. Йеше Вангпо сказал королю: - Ачарья Шантаракшита сказал следующее в своём завещании: "Не будет еретиков в Тибете, так как Ачарья Падмасамбхава вверил тибетский регион двенадцати божествам-защитникам. Но в том "величие" (т.е. сущность) зависимого происхождения, что вещи появляются парами - день и ночь, правое и левое, рост и исчезновение (луны), и даже чистая и загрязненная (буддийская) религия. Следовательно, после моей смерти появится китайский мастер. И появится его учение, клеветнические методы и различающее понимание, назывемое Белая (Панацея). Которое будут учить, что буддство достигается просто посредством понимания ума. Будда учил в Сутре, что одно из пяти згрязнений, это загрязненные взгляды, [называемые] очарованием пустотой, и это есть природа вещей которой очаровываются не только (люди) Тибета, но все в ком процветяют пять загрязнений. Если оно распространится, то принесет вред учению Будды вообще. Тогда, ты должен пригласить из Индии моего ученика, великого ученого по имени Камалашила, и поручить ему дискутировать с китайским мастером. А затем следовать учению того кто победит!"
И раз (Шантаракшита) предсказал такое, то я прошу тебя, (о король), поступи соответственно.
Тогда (король) пригласил Ачарью Камалашилу и (созвал собрание). В Самье король и ученые стали наблюдающими судьями, и собирали все аргументы. С цветочными гирляндами в руках, диспутанты поклялись поклониться (в уважительной покорности) победителю, и отказаться от проигравшей традиции. Они согласились, что тот кто поступит иначе должен быть наказан королем.
В это время на стороне Камалашилы было всего несколько приверженцов индийской традиции, и еще меньше других, как например министр Гос. На стороне китайского наставника собралась очень большая группа включая королевскую супругу клана Бро, по имени Бьянчуб и казначей Сормарма.
Ачарья Камалашила выявил позицию оппонента спросив: "На что похожа китайская традиция?" Китайский мастер ответил: "Ваша традиция, которая начинается с принятия прибежища и порождения решимости достичь пробуждения, вскарабкивается снизу вверх, как обезьяна карабкатся к верхушке дерева. Наша традиция состоит в том, чтоб достичь буддства только посредством постижения ума, совершенствуя в медитации отсутствие концептуального мышления, потому что невозможно достичь буддства посредством Дхармы состоящей из совершения действий (т.е. религиозных обязанностей). Наша традиция называется Белая (Панацея), потому что это религиозное учение, которое спускается сверху, подобно орлу спускающемуся с неба на верхушку дерева".
На это Камалашила ответил: "Ваши аналогия и смысл неприемлемы. Из этих двух, перво наперво непримлема ваша аналогия. Разве орел спускается сверху на верхушку дерева обретает рождение внезапно с полностью развитыми крыльями? Или спускается сначала родившись где-то (на земле), например на утёсе, а потом развивает крылья? Первая (альтернатива) невозможна. А вторая подходит как аналогия последовательного способа, но не подходит как аналогия мгновенного сособа".
Затем, когда китайский учитель не возразил на это, Ачарья Камалашила продолжил: "Не только ваша аналогия ошибочна, но и ваш смысл так-же ошибочен. Что есть медитативное взращивание отсутствия концептуализации? Это остановка одной части концептуального мышления, или нужно остановить концептуальное мышление полностью? Если вы утверждаете, что это остановка лишь части концептуального мышления, тогда следствием будет, что такие вещи как сон или обморок тоже будут отсутствием концептуального мышления, потому что они обладают остановкой части мышления. Если же вы утверждаете, что нужно остановить концептуальное мышление полностью, то в этом случае, (я должен спросить) - в то время как вы взращиваете отсутствие концептуализации в медитации, нужно или нет формулимровать перед этим мысль - "я буду культивировать отсутствие концептуализации"? Если нет, то медитативное взращивание присутствует во всех чувствующих существах трех миров существования, так как [такая] медитация будет рождаться даже если перед этим небыло мысли о ней.
Если вам необходимо предварительно формулировать мысль о взращивании, то так как это само по себе концептуальная мысль, ваше утверждение о медитативном взращивании разваливается. Подобно тому как, например, соблюдение тишины нарушается если произнести "Не шумите!"
Таким образом этими соловами Камалашила опроверг (то учение) с помощю писания и рассудждения. Китайский мастер ничего не смог возразить. Тогда король сказал: "Если у вас есть ответ, тогда пожалуйста скажите его." Мастер ответил: "Я поражен как молнией, и не знаю ответа." Король сказал: "В этом случае поднесите цветочную гирлянду Ачарье и просите прощения. Оставте традицию Белой (Панацеи) и практикуйте в соответствии с традицией Индии, которая не противоречит писанию и рассуждению." Король издал указ по всему Тибету: "С этого времени, кто бы ни следовал учению Белой (Панацеи) будет наказан." Китайские тексты были собраны вместе и спрятаны в тайнике в Самье.
После этого китайский мастер упал духом и вернулся в свою резиденцию. Говорят, что когда он уходил он забыл один из своих башмаков, и на основании этого знака он предсказал своим последователям: "Когда учение Будды почти полностью ослабнет, в нем, тем не менее, останется немного от моего учения - по размеру с башмак."
Затем религиозные ученые Тибета сказали: "Хоть китайский мастер и не смог укрепить свое учение, он обладал способностями к предзнаменованию, в том (что он оставил свой бтинок), причина того, что в нынешние времена люди отказываются от истинных традиций и устремляются к Белой (Панацее) которая утверждает, что буддство достигается прямым постижением ума."
Я видел и другое описание в котором говорится, что некий китайский монах, но не этот учитель, оставил ботинок когда без желания возвращался в Китай, и вышеописаное предсказание было про его оставленный ботинок.
После этого китайский мастер поджег на макушке свой головы огонь, и повернувшись в сторону Сукхавати на запад умер. Казначей Сормарма совершил самоубийство избив свой половой орган, и так далее и тому подобное.
Последний раз редактировалось: test (Ср 05 Окт 05, 22:22), всего редактировалось 1 раз
№6400Добавлено: Ср 05 Окт 05, 20:47 (7 лет тому назад)
Второй текст - альтернативная версия событий.
Buddhist Scriptures
By Edward Conze (Copyright: 1959 / 1981 (This Edition))
Часть 2. Учения
Глава 3. Мудрость
§4. Квиетистское противостояние
Из предисловия китайского меморандума королю Тибета:
В году 792, наш прекрасный учитель получил сообщение от короля, в котором было сказано: «Индийские монахи утверждают, что учение Дзэн внезапного просветления, которое распространяют китайские монахи, вовсе не является учением господа Будды, и просят о его запрещении». Наш учитель, услышав это, спокойно рассмеялся и сказал: «Эти индийцы не смогут глубоко укорениться в Великой Колеснице, раз они позволяют армии Мары их беспокоить! Разве они не рискуют собственным освобождением, утверждая, что учение, которому я учу, противоречит Закону Будды?» И он попросил короля устроить дебаты, чтоб эти индийские монахи сформулировали свои вопросы и возражения, а он смог ответить на них. Побежденные в дебатах индийские монахи попытались решить всё при помощи интриг с тибетскими аристократами. В знак протеста два тибетских последователя школы Дзэн пожертвовали своими телами на благо Дхармы – один совершил самосожжение, а другой заколол себя ножом. Тридцать других тибетских монахов пригрозили, что снимут с себя желтые рясы и уйдут в пустыню.
Из Хо-шанского меморандума королю Тибета:
Вопрос (Камалашилы): Говорят, что можно стать Буддой только после накопления, в течении бесчисленных эонов, огромнейшего количества заслуг и знаний, и что нельзя стать Буддой, просто подавляя ложные мысли. Так как в этом случае не было бы смысла говорить о шести парамитах или двенадцати разделах канона. А было бы достаточно говорить только о подавлении ложных мыслей. Таким образом, ваши взгляды не обоснованны.
Ответ: Это потому что бесчисленные эоны они не могут избавиться от ложных мыслей, что все живые существа с безначального времени заполнены тремя ядами жадности, гнева и заблуждений, привязаны к потоку сансарического существования и не могут сами себя от этого освободить. Но любое существо, которое сможет избавиться от этих ложных идей, обретет освобождение и станет буддой.
Возражение: Необходимо множество эонов для обретения знания всех Дхарм (учений), а так же огромное количество заслуг, которые есть результат практики всех добродетелей. Они [обязательное] условие для практики наивысших медитаций. Будды учили последовательному, а не внезапному методу.
Ответ: С точки зрения Дхармы, практиковать или не практиковать - обе являются ложными идеями (мыслями). Как только ложные идеи уничтожены, естественно обретается великое знание. «Последовательное» или «внезапное» - это такие же ложные идеи – простое отражение ошибочных и безосновательных взглядов.
Вопрос: Что вы подразумеваете под фразой - «вглядываться в свой собственный ум»?
Ответ: Повернуть свой взгляд на источник ума, и полностью воздержаться от рефлексии и беспорядочного мышления.
Вопрос: В «Сутре десяти этапов» сказано, что только на восьмой ступени [великого] пути бодхисаттва обретает безобъектное мышление. Как же могут обычные люди, которые даже не достигли первой ступени, обрести столь чистое мышление?
Ответ: Почему тогда будды оставили для будущих поколений учение, которое учит нас отставить все беспорядочные мысли, если обычные люди неспособны изучить и практиковать его?
Вопрос: В таком случае, - шесть парамит и другие практики [правильного] поведения и медитации, о которых говорит канон, - являются ли необходимыми или нет?
Ответ: Когда мы смотрим на них с грубой и условной точки зрения - шесть парамит и другие практики, это полезные искусные средства, которые открывают высшую истину. В этом смысле они необходимы. Но с точки зрения высшей истины, которая невыразима словами, нельзя говорить о необходимости или не необходимости.
Вопрос: Условная и высшая истины, это то же самое или нет?
Ответ: Они не то же самое и не отличны. В каком смысле они не то же самое? Пока ложные мысли не оставлены остается вера в существование условной истины отличной от высшей истины. В каком смысле они не отличны? Если все ложные мысли удалены без остатка, идентичность или отличие двух видов истины не могут быть обнаружены.
Вопрос: Если нет мыслей, идей, рефлексии, умственных процессов – как можно достичь всезнание Будды во всех его аспектах?
Ответ: Когда ложные мысли более не возникают, когда отказываются от них всех, тогда истинная природа, которая существует в основе нашего собственного существа, раскрывает себя и вместе с ней достигается всезнание.
Вопрос: Если у нас нет других обязанностей кроме безмолвной медитации, как тогда мы можем приносить пользу другим существам?
Ответ: Приносить пользу другим существам возможно даже без процесса мышления. Можно быть таким как луна или солнце, лучи которых освещают все вещи. Как драгоценность, исполняющая любые желания, как великая земля, у которой есть способность рождать все[возможные] вещи.
Вопрос: Вы говорили, что существа с самого начала имеют внутри себя природу Будды. Как это можно доказать? К тому же это учение напоминает внешние учения, где есть вера в [наличие] себя. Как ваше учение отличается от них?
Ответ: Природа будды, которой мы изначально обладаем, подобна солнцу появляющемуся из-за облаков, или зеркалу, которое если протереть, вновь обретает прозрачность и чистоту. От внешних учений мы отличаемся тем, что они не признают, что три мира, это не что иное, как проявление самого ума.
Вопрос: Канон учит множеству противоядий для удаления отравы жадности, гнева и заблуждения. Зачем же они были объяснены раздельно, если достаточно отказаться от ложных мыслей? Для конкретных умственных болезней прописаны конкретные лечения.
Ответ: Сутра [Великой] Нирваны говорит о лекарстве называемом Агада, - панацее, которая лечит все болезни, какими бы они ни были. Так же и с отсутствием мыслей и отсутствием рефлексии.
Вопрос: Тогда есть ли необходимость в разнообразных духовных практиках?
Ответ: Сутра учит нас о том, что всё, что нужно сделать, это оставить любое беспорядочное мышление и различение, и тогда мы естественно выполняем все духовные практики. Если кто-то схватывает Таковость, - а Таковость не позволяет [возникать] ни мыслям, ни различению – тогда, благодаря этому, он естественно овладевает всеми учениями (дхармами), и после этого может или заниматься духовными практиками, или нет. Но пока кто-то упускает Таковость, ему необходимо практиковать шесть парамит и другие методы освобождения. Но «Таковость содержит все учения», и с этой точки зрения нет ни практики, ни отсутствия практики.
№6405Добавлено: Ср 05 Окт 05, 21:36 (7 лет тому назад)
Спасибо test'у!
Соберем весь материал в одном месте. Цитата из Торчинова:
Однако после того как в Тибете длительное время проповедовал такой образцовый представитель классической индийской Махаяны, как Шантаракшита, постепенно стало выясняться, что между учением Ачарья-бодхисаттвы и доктринами китайских (и некоторых корейских: в Тибете был достаточно известен своими проповедями Учитель Ким, также придерживавшийся чаньской традиции) хэшанов [3] существуют серьезные, а может быть, и непримиримые противоречия. Между тем и Камалашила как преемник Шантаракшиты, и китайские монахи имели своих многочисленных последователей из числа тибетской аристократии, придворной знати и членов царской семьи. Поэтому возникла потребность выяснить, какой все-таки вариант буддизма является истинным и в большей мере соответствующим учению самого Будды (подход, вполне естественный для неофитов тибетцев). И выяснить это было решено традиционным для Индии способом — путем диспута, на котором индийскую сторону представлял сам Камалашила, а китайскую — Хэшан (в тибетских источниках этот «титул» воспринимается в данном случае как имя) Махаяна (тиб. Хва-шан Маха-ян; кит. Хэшан Мохэянь). Этот диспут и состоялся в монастыре Самье (точная дата его неизвестна, условной датой проведения диспута можно считать 790 г.).
Согласно традиционным тибетским источникам, диспут закончился полной победой Камалашилы (что привело даже к самоубийствам среди сторонников Хэшана Махаяны), после чего царь запретил проповедь китайского буддизма и Тибет окончательно и бесповоротно обратился к классическим индийским образцам. Однако реальные последствия диспута были несколько иными по сравнению с сообщениями поздних тибетских источников (в основном, написанных гелугпинцами в XVI — XVIII веках, когда Китай все активнее и активнее стал заявлять о своих правах на контроль над Тибетом). Чтобы оценить их, необходимо подробнее рассмотреть сам обсуждавшийся на диспуте в Самье предмет.
Тибетские источники сводят предмет дискуссии к нескольким положениям.
Во-первых, Хэшан Махаяна учил, что пробуждение и обретение состояния Будды происходит мгновенно или внезапно, тогда как Камалашила проповедовал классическую доктрину пути бодхисаттвы, восходящего по десяти ступеням совершенствования в течение трех неизмеримых (асанкхея) мировых циклов благодаря практике шести совершенств — парамит.
Во-вторых, Хэшан Махаяна отрицал ценность самих парамит, считая их мирскими добродетелями (за исключением праджня-парамиты), способствующими улучшению кармы, но не имеющими никакого отношения к пробуждению
и реализации природы Будды. С его точки зрения, следовало пресечь всякую кармическую активность вообще, ибо добрые дела также привязывают к сансаре, как и дурные.
В-третьих, Хэшан Махаяна, в отличие от Камалашилы, считал, что главным методом совершенствования является созерцание, направленное на достижение полной остановки мыслительного процесса и достижение состояния «недумания» (кит. у нянь), при котором исчезают все различия и ментальные конструкты (викальпа; кит. фэньбе), равно как и субъектно-объектная дихотомия. Вслед за прекращением «думания» наша собственная природа, которая есть природа Будды, раскрывается немедленно и спонтанно. Камалашила же не признавал этот метод, считая его чисто отрицательным и не ведущим к пробуждению.
Уже из этих трех пунктов видно, что реальная полемика велась вовсе не между индийским и китайским буддизмом (и не между классической Махаяной и учением китайской школы Чань), как это обычно считается. Масштабы полемики в Самье выходят далеко за эти рамки. Это полемика между двумя течениями и в индийском буддизме, и в махаянском буддизме вообще, ибо тезисы, выдвинутые Хэшаном Махаяной, отражали позиции, которых придерживались и многие буддисты в самой Индии (особенно в рамках тантрической традиции; несколько позднее они будут в полной мере представлены в учениях махасиддхов и традиции, известной как Маха-мудра). Теоретической ее основой, несомненно, была теория Татхагатагарбхи (особенно положение «наш собственный Ум и есть Будда»), тогда как Камалашила вслед за своим учителем придерживался учения синкретической школы мадхьямака сватантрика йогачра с ее совершенно иным пониманием как структуры пути, так и характера природы Будды.
Отзвуки полемики в Самье могут быть обнаружены и в главном труде Камалашилы — трактате «Рассмотрение ступеней созерцательной практики» (Пурва бхавана крама), из которого, впрочем, ясно, что взгляды Хэшана Махаяны отнюдь не были достоянием только китайского буддизма, имея своих сторонников и в самой Индии.
Приблизительно через десять лет после полемики в Самье Камалашила был убит неизвестно кем и по неизвестным мотивам (поздние тибетские источники обвиняют в этом китайцев, что представляется совершенно невероятным: ни школа Чань, ни буддизм вообще на обладали в Китае каким-либо государственным статусом; скорее, ответственность за это лежит на бонском жречестве и его сторонниках из числа тибетской знати).
Если контекст полемики в Самье был гораздо шире того, который обозначен традиционными историографами, то последствия ее были гораздо скромнее того, о чем говорят те же историографы. Китайский Чань не был искоренен указом Тисрондэцзана (если таковой указ вообще был) и продолжал присутствовать в тибетском буддизме в течение всего IX века, постепенно исчезнув только в следующем столетии в связи с общим упадком буддизма в Тибете и прекращением контактов между тибетскими и китайскими буддистами, вызванным гонениями на буддизм в обеих странах (об этом — ниже) и смутами как в Тибете после распада единого государства, так и в Китае после падения династии Тан. И только в XI веке, в период так называемой второй рецепции буддизма в Тибете и возрождения там махаянской традиции, сангха и миряне Страны Снегов окончательно и на этот раз бесповоротно обратились в сторону Индии, взяв, восприняв, сохранив и развив богатейшее наследие ее буддийской культуры. _________________ यथावस्थितवस्तुस्थिति
№6435Добавлено: Чт 06 Окт 05, 18:54 (7 лет тому назад)
Цитата:
Во-вторых, Хэшан Махаяна отрицал ценность самих парамит, считая их мирскими добродетелями (за исключением праджня-парамиты), способствующими улучшению кармы, но не имеющими никакого отношения к пробуждению
Довольно странная ошибка Хэшана, так как парамиты, это качества просветленного ума. Мирские они или нет зависит от того как их практиковать - в основе сознания или внешне. Например дана-парамита, с мирской точки зрения щедрость, а с точки зрения ума отказ от заблуждения.
Например Хуэй Хай пишет:
Цитата:
— Посредством чего можно войти во врата нашей школы?
— Посредством данапарамиты.
— Согласно Будде, Путь Бодхисаттвы включает шесть парамит. Почему тогда вы упомянули одну? Пожалуйста, объясните, почему ее одной достаточно для нас, чтобы войти?
— Введенные в заблуждение люди не могут понять, что пять остальных парамит вытекают из данапарамиты и что практикуя ее, можно выполнить все остальные.
— Почему она называется данапарамита?
— Дана значит отказ.
— Отказ от чего?
— Отказ от двойственности противоположностей.
— Что это означает?
— Это означает полный отказ от идей двойственной природы хорошего и плохого, существования и не-существования, любви и отвращения, пустоты и не-пустоты, сосредоточения и отвлечения, чистого и нечистого. Отказавшись от всего это, мы достигаем состояния, в котором все противоположности видятся как пустота. Настоящая практика данапарамиты ведет к достижению этого состояния без мысли о том, что "сейчас я вижу, что противоположности представляют собой пустоту" или "сейчас я отказался от них". Мы также можем назвать его одновременным отсечением десяти тысяч видов сопутствующих причин, ибо когда они отсечены, вся Дхарма-Природа становится пустотой а это пустотность Дхармы-Природы означает не-нахождение ума где-либо. Когда это состояние достигается, становится невозможным различение отдельной формы. Почему? Потому что наша собственная природа нематериальна и не содержит ни одного отдельного объекта (чуждого ей самой). То, что не содержит ни одного отдельного объекта, является истинной Реальностью, чудесной формой Татхагаты. В Алмазной Сутре сказано: "Те, кто отказываются от всех форм, зовутся буддами (просветленными)".
— Однако Будда говорил о шести парамитах, тогда почему вы сейчас говорите, что их можно выполнить, практикуя эту одну? Пожалуйста, объясните это.
— В Сутре Вопросов Брахмы говорится: "Джалавидья, Старейший, обратился к Брахме со словами: "Бодхисаттвы, отказавшись от всех загрязнений (клеша), можно сказать, выполнили данапарамиту, известную еще как полный отказ; не отвлекаясь ни на что, они, можно сказать, выполнили силапарамиту, известную также как следование наставлениям; не испытав вреда ни от чего, они, можно сказать, выполнили ксантипарамиту, известную также как упражнение в воздержании; не цепляясь ни за что, они, можно сказать, выполнили варьяпарамиту, известную также как упражнение в усердии; не обитая нигде, они, можно сказать, выполнили дхьянапарамиту, известную также как практикование дхьяны и самадхи; не говоря ни о чем презрительно, они, можно сказать, выполнили праджнапарамиту, известную также как упражнение в мудрости. Все вместе они называются шестью методами. "То, что я сейчас скажу об этих шести методах, будет абсолютно тем же — первый (метод) ведет к отказу; второй — к не-возникновению (восприятия, ощущения и т.д.); третий — к отсутствию мышления; четвертый — к отстранению от форм; пятый — к отсутствию приверженности (ума); и шестой — к отсутствию пренебрежительной речи.
Мы даем другие названия этим шести методам, потому что они нужны для удобства, лишь на время; ибо когда мы приходим к замечательному принципу, заложенному в них всех, мы не находим абсолютно никаких различий. Поэтому вы должны только понять, что благодаря одному-единственному акту отказа, вы отказываетесь от ВСЕГО; и что невозникновение означает невозникновение чего угодно, где угодно. Те, кто сбился со своего пути, не понимают этого интуитивно; поэтому они говорят о методах так, как будто они отличаются друг от друга. Глупцы, увязнувшие во множественности методов, вращаются в бесконечном цикле жизней. Я призываю вас, изучающих, практиковать метод отказа и больше ничего, ибо он приводит к выполнению не только пяти остальных парамит, но и десяти тысяч дхарм (методов).
Nick пишет:
Спасибо. Но пример Будды показывает, что сам акт просветления происходит мгновенно.
Внезапность имеет другой смысл - есть ли причина у просветления. Если рассматривать "акт просветления", то он бесконечен так как просветление не прекращается. А в нем самом вообще нет даже начала.
№6439Добавлено: Чт 06 Окт 05, 21:15 (7 лет тому назад)
Вот такие казусы получаются когда совмещают несовместимое
Ну, т.е. с моей обывательской точки зрения дарение никак не связано с отказом, или уж так - отказ "снимает" дарения, изничтожает его как класс, т.е. опять же такая парамита уходит в небытие.
№6440Добавлено: Чт 06 Окт 05, 21:22 (7 лет тому назад)
Не важно кто, главное мне с ними расставаться ничуть не жалко! Да и кому ещё можно жертвовать, и что еще дарить в основе (в уме)? Там нет никаких даров или драгоценностей. Только отказываться и только от заблуждений. Ну и раз все парамиты, это аспекты просветленного ума, то правильная практика (в основе) любой из них уже является просветлением, а не приводит к нему. А неправильная практика (внешняя) тем более не приводит.
№6441Добавлено: Чт 06 Окт 05, 21:30 (7 лет тому назад)
Вот ещё раз отличие (внезапных и постепенных) школ в рецидиве этого диспута:
Цитата:
§ 40. Великий учитель-наставник спросил у Чжичэна: "Я слышал, что ваш наставник чань (т. е. Шэньсю. - Н. А.), обучая людей, передает им только шилу (нормы нравственного поведения), дхьяну (медитацию) и праджню. Объясни мне, что это за шила, дхьяпа и праджня, которым он учит".
Чжичэн ответил: "Отец-настоятель Шэпьсю, объясняя их, говорит, что не совершать всевозможные злые деяния - это и называется шила; совершать всевозможные добрые деяния - это и называется праджня; очищать свое сознание - это и называется дхьяна.
Вот это он называет шилой, дхьяной и праджней, и это он дает в своих проповедях. А как понимаете это Вы, отец-настоятель?"
Патриарх Хуэй-нэн ответил: "Это объяснение - чудесное, но у меня - другая точка зрения".
Чжичэн спросил: "Чем же она отличается?"
Хуэй-нэн ответил: "Постижение бывает медленное и быстрое".
Тогда Чжичэн попросил патриарха объяснить, как он понимает шилу, дхьяну в праджню.
Великий наставник сказал: "Послушай мои объяснения и ты поймешь, как я вижу (понимаю) это. Основа сознания, не совершающая ошибок, является шилой собственной природы; основа сознания, не подверженная волнениям, является дхьяной собственной природы; основа сознания, не омраченная неведением, является праджней собственной природы".
И еще великий наставник Хуэй-нэн сказал: "Ваша шила, дхьяна и праджня призваны воодушевлять людей малых способпостьй, а моя шила, дхьяна и праджня призваны воодушевлять людей высших способностей. Если можно обрести просветление в своей собственной природе, то не нужно опираться на шилу, дхьяну и праджню".
№6442Добавлено: Чт 06 Окт 05, 22:18 (7 лет тому назад)
Цитата:
Не важно кто, главное мне с ними расставаться ничуть не жалко!
Это вот самый тот случай трансцендентализма невосприятия; отказ от заблуждение и есть "невосприятие", которое нельзя ни подарть, ни принять, это некий квантор, хабит. Собственно отказ оказывает и непосредственное влияние на сам факт дарения маркируя его как иллюзорный, невоспринимаемый, факт отказа снимает эту парамиту, как исчезает змея, когда рассмотрена верёвка. Это не значит что исчезает само "дарение" (как спонтанный акт), но исчезает такая парамита, смысл "дарения".
А "великий наставник" хорошо сказал:есть условия и есть "природа" (свабхава) и их не следует путать. Природы всегда достаточно, а условия только необходимы.
P.S. Про это я и говорил о ТЛ: чтобы такая логика была, сознание должно иметь природу трансцендентализма. Но для этого оно должно "эволюционировать".
Вам можно начинать темы Вам можно отвечать на сообщения Вам нельзя редактировать свои сообщения Вам нельзя удалять свои сообщения Вам нельзя голосовать в опросах Вы можете вкладывать файлы Вы можете скачивать файлы
FAQ
Поиск
Пользователи
Группы
Календарь
Peгиcтрaция
Профиль
Войти и проверить личные сообщения
Вхoд
